Константин Матросов — родился в 1987 году в городе Нерехта Костромской области. Живёт в Костроме. Работает грузчиком. Учился в КГУ им. Некрасова на филологическом факультете (отделение «литература»), ушёл с третьего курса. Стихи для взрослых публиковались в журналах «Новый мир», Prosōdia, «Пироскаф», «Формаслов», «Интерпоэзия», «Прочтение», в поэтическом альманахе «45-я параллель», «Новой реальности», Homo Legens, Studia Litterarum, Textura, «Полутона» и др. Автор книги эссе о поэзии «Мы и камни» (2023, «Синяя гора») и книги стихотворений «Свалка манекенов» (2025, «Синяя гора»). Дважды лонг-лист «Лицея», трижды дипломант Волошинского конкурса в поэтических номинациях. Шорт-лист премии Анненского 2021. Дважды шорт-лист премии MyPrize. Победил в конкурсе журнала Prosōdia «Пристальное прочтение поэзии». Лонг-лист «Неистового Виссариона» в 2025 году. Участвовал в «Полёте разборов», участник нескольких форумов в Липках, АСПИ и др.
Константин Матросов // Режим работы
***
Режим
Работы:
Лежим
Как бегемоты!
***
Осторожнее, бобры,
Впереди крутой обрыыыыыы…
***
О тяжкий рок, о ты, громадное мученье!
Племянник съел моё любимое печенье.
ЗАПЯТЫЕ
Спроси́те: где все запятые?
И я отвечу без труда:
Вон там они плывут ― под гладью
Пруда.
***
Хотел Кинг-Конг
Играть в пинг-понг,
Но мяч Кинг-Конгу мал.
И вереща,
И мяч ища,
Он к небу взгляд поднял.
А там луна
Средь туч одна,
И взял Кинг-Конг луну.
Играет ей
Он ей-же-ей!
Играет ― ну и ну!
НЕСЧАСТНАЯ ЛЮБОВЬ ЖИРАФА
Жираф влюбился в носорожиху,
А носорожиха ― в него.
Всем джунглям ясно ― не получится
У них с любовью ничего.
И знали б вы, что за мучение ―
Не мочь так шею нагибать,
Чтоб дорогую носорожиху
Хоть разик в рог поцеловать!
ЖИРАФ НА ПРИЁМЕ ВРАЧА
Раз жираф, наевшись алычи,
Понял, что нужны ему врачи.
Почесал копытами по лбу,
Постучал калошей по столбу.
На хромой кобыле прибыл врач,
Но не кролик, не сова, не грач.
Оказался врач совсем плохой ―
Оказался врач простой блохой.
Простучал колени молотком,
Поливал верблюжьим молоком,
Пульс померил, в ухо заглянул,
Пациента восемь раз лягнул,
За ухом жирафа покусал
И брейк-данс на крупе отплясал.
Попросил открыть пошире рот.
В общем, всё смотрел, но не живот.
Как умел он, так он и лечил,
А в итоге ― важно заключил:
«К сожаленью, должен вам сказать ―
Больше вы не сможете летать».
БАШКА
Обычно, когда в африканский песок
Башку сунет медленный страус,
Недвижно стоит, со ступни на носок
Он изредка переминаясь.
И мало кто знает, что в море песка,
Во тьме на секунду-другую
У страуса вдруг пропадает башка,
И он примеряет другую.
Поэтому, если его напугать,
Он с криком отчаянным «мама!»
Чужую башку может кверху поднять ―
Слона или гиппопотама.
Я ужас подобный уже проходил ―
Я страуса дёргал за попу.
И страшно мне было, когда крокодил,
И нет, если там антилопа.
АНТИЛОПА
Если есть на свете АНТИлопа,
Значит, лопа тоже где-то есть.
Лопа любит уплетать, точить и лопать,
АНТИлопа ― кушать или есть.
Лопа ходит с жирными боками,
АНТИлопа ― знойна и стройна…
Лопа догадается и скажет только маме,
Что не лопа ― бегемот она.
ЗИМНИЕ ЕЖИ
…Или ещё вот: ответь мне, скажи,
Где пропадают зимою ежи?
Может быть, ползают где-то под снегом,
Не обнаруженные человеком?
Может быть, тайным ползут они лазом
К братьям индийским своим ― дикобразам?
Может, их иглы украла швея?
Может, они ― это ты или я?
***
Запах земляничного варенья…
Я прочёл вам всё стихотворенье.
КОШАЧИЙ ЯЗЫК
Кот прошёлся по клавиатуре.
Внёс он правки большие в письмо,
Написав: «треа павыа уре».
Не хотел, получилось само.
Ну а вдруг это всё не случайно?
И всё то, к чему я так привык ―
Это некая древняя тайна,
Непонятный кошачий язык?
И уже твой скучающий котик,
Прочитав этот взбалмошный текст,
Отвечает: «никсея аотек
Торенау чаее аекст!»
ЖИРАФ В ЗООПАРКЕ
Крошатся на землю облака.
Крошатся на землю облака.
Крошатся на землю облака.
Это понял так жираф пока.
Первый раз он видит первый снег.
Тишина. Лишь слышен шорох век.
